Санкт-Петербургская крепость одевается в камень

Как сообщали московские «Ведомости» 22 июля 1705 года, 16 мая в Выборге пленный русский капитан «возвестил, что крепость Питербурх велми укреплена и того ради мощно оную за главную крепость почитать». В июне шведский генерал-лейтенант Г. Й. Майдель предпринял попытку захватить Санкт-Петербург с севера. Хотя это наступление противника было успешно отбито, решили дополнительно усилить Санкт-Петербургскую крепость с северной стороны. Для этого на Санкт-Петербургском острове, напротив бастиона Головкина, в 1705—1708 годах построили земляной обложенный дерном кронверк, а вокруг кронверка устроили глассис. В связи с постройкой кронверка невский проток, отделявший Мойст Луст Эйланд от Санкт-Петербургского острова, получил название Кронверкского пролива.

В 1706 году в целях дальнейшего усиления крепости приступили к ее перестройке в камне, начав все с той же северной стороны, подходы к которой для противника были более легкими. Руководил перестройкой архитектор Д. Трезини, италоязычный швейцарец, работавший в Петербурге с конца 1703 года наряду со многими другими иностранными архитекторами и инженерами. Для нового города, который должен был стать олицетворением новой России, Трезини разработал немало проектов дворцов, церквей, зданий для различных учреждений и жилых домов, и почти все эти проекты были осуществлены.

3 мая 1706 года заложили каменный бастион Меншикова. Но через два с половиной месяца работы пришлось на время неожиданно приостановить: 18 июля в крепости произошел большой пожар. Чудом не случилось непоправимой беды: огонь не успел добраться до основных пороховых запасов, которые держали в деревянных казематах, орилион — обращенная к полю короткая стена, отходящая от бастионного плечевого угла (угла между фасом и фланком) и предназначенная для прикрытия фланка 

В следующем, 1707 году возвели каменные левый фланк с орилионом в бастионе Головкина и правый фланк с орилионом в бастионе Зотова. В том же году Петр приказал парадно оформить главные крепостные ворота, находившиеся в куртине, соединявшей Государев бастион и бастион Меншикова.

В 1708 году начинается постройка каменного бастиона Трубецкого. Однако в конце августа все строительные работы в крепости были вновь прекращены: на Санкт-Петербург двинулся шведский кавалерийский корпус, которым командовал генерал-майор Г. Либекер. Сумев переправиться через Неву примерно в двух десятках миль выше ее дельты, Либекер собирался атаковать город с юга. Несколько недель крепость находилась в состоянии полной боевой готовности, в нее были свезены почти все наличные в округе запасы хлеба. К югу от Невы спешно возводились дополнительные укрепления. Но и на этот раз приблизиться к крепости шведам не дали. В июне 1709 года произошло Полтавское сражение, а в июне 1710-го успешно для русских завершилась самая тяжелая операция Северной войны — осада Выборга. Петр заявил, что благодаря овладению Выборгом крепость и город в невской дельте наконец получили гарантию своей безопасности. Но пока это были еще слова, и для усиления Санкт-Петербургской крепости в ней в следующем, 1711 году начинают перестраивать очередной бастион — Государев.

На деле же только после 27 июля 1714 года, когда у полуострова Гангут (ныне Ханко) при входе в Финский залив русские одержали первую большую морскую победу в Северной войне, а через два дня взяли крепость Нейшлот (ныне Савонлинна) — последний опорный пункт шведов на юге Финляндии, Петр смог почувствовать себя на невских берегах по-настоящему уверенно (не случайно только летом этого года в Санкт-Петербурге сооружают первые триумфальные ворота). С этого времени главное внимание уделяется уже не бастионам и куртинам крепости, а строительству по проекту Трезини заложенного в ней в 1712 году каменного Петропавловского собора, который должен был заменить прежний деревянный. При этом Петр требовал прежде всего „отделать для часов колокольню". В 1717 году начали перестройку главных крепостных ворот с целью придания им более парадного облика. Эти ворота получили название Петровских — от поставленной наверху статуи апостола Петра, а куртина, в которой они находились,— название Петровской.

4 сентября 1721 года в первом часу дня со стен крепости раздался двадцать один пушечный выстрел, а в четвертом часу из Петровских ворот выехал в сопровождении литаврщика, двух трубачей и шести гренадеров гвардеец-лейтенант с белым знаменем, на котором были изображены две лавровые ветви под венком. Они объявили санкт-петербуржцам об окончании двадцатиоднолетней Северной войны. Возвращение России невской дельты и прилегающих территорий было отныне закреплено международно-правовым документом — Ништадтским мирным договором.

Теперь было еще меньше причин спешить с усилением Санкт-Петербургской крепости. Лишь в июне 1725 года началась перестройка последнего, шестого, бастиона — Нарышкина. Он получил новое название „бастион святой Екатерины", поскольку Россией правила в то время уже супруга Петра I — императрица Екатерина I; позднее он назывался „бастион императрицы Екатерины". Новое название — бастион Петра Первого — получил при этом и Государев бастион.

Возведением каменных крепостных стен вновь усиленно занялись только после того, как в 1727 году Екатерину I на престоле сменил Петр И. При нем обер-директором над фортификациями был назначен крупный русский государственный и военный деятель и очень способный военный инженер Б.-Х. фон Миних. Когда в конце 1727 года двор, в связи с предстоящей коронацией Петра II, переехал в Москву, фон Миних принял „в правление" Санкт-Петербург и Санкт-Петербургскую губернию. Под его руководством в 1728 году начали достройку бастиона Зотова, в 1729 году — бастиона Петра Второго (так с 1728 года в честь нового императора стал называться бастион Меншикова). В 1730 году приступили к достройке бастиона Головкина, получившего новое название „бастион святой Анны" (святой, имя которой носила новая императрица, сменившая в этом году на престоле Петра II); позднее он назывался „бастион императрицы Анны".

При перестройке крепости неправильный шестиугольник, по углам которого были размещены шпицы бастионов, стал несколько шире по оси «запад — восток». В перестроенных бастионах фасы состояли из двух кирпичных стен, пространство между которыми было заполнено землей, а фланки — из двух кирпичных стен, с казематами в два этажа между ними.

В трех из шести перестроенных куртин появились новые крепостные ворота: Васильевские — в куртине между бастионами Трубецкого и Зотова (получившей название Васильевской), Вторые Кронверкские (позднее — Никольские) — в куртине между бастионами Зотова и святой Анны (получившей название Никольской) и Первые Кронверкские (позднее — Кронверкские) — в куртине между бастионами святой Анны и Петра Второго (получившей название Кронверкской).

В 1731 году началась перестройка равелина, прикрывавшего Петровскую куртину, который получил название «равелин святого Иоанна» (имя этого святого носил отец императрицы Анны). В левом фасе этого равелина были построены ворота; их стали называть Иоанновскими. Рядом с равелином возвели два каменных полуконтргарда и соединили их с ним траверзами. Поперечный ров, прорытый еще в 1703 году, перекрыли по концам, у исходящих углов бастионов Петра Первого и Петра Второго, двумя батардо.

В 1733 году началось сооружение каменного, с воротами в обоих фасах, равелина святого Алексия (имя этого святого носил дед императрицы Анны). Новый равелин прикрывал Васильевскую куртину. Рядом возвели еще два каменных полуконтрарда и также соединили их с равелином траверзами. Здесь же, поперек острова, был прорыт еще один ров, перекрытый по концам, у исходящих углов бастионов Трубецкого и Зотова, еще двумя батардо. Много позднее, в 1800 году, в батардо у исходящего угла бастиона Зотова был сделан сухопутный проезд.

Стены перестроенной крепости были обмазаны снаружи известью с толченым кирпичом «на подобие бруснишного цвету». В 1731 году приступили к перестройке кавальера внутри бастиона святой Анны (кавальер был окружен со всех сторон рвом, засыпанным в 1812 году), а на бастионе святой Екатерины начали сооружать флагшточную башню — каменный павильон с мачтой.

В 1738 году занялись перестройкой моста, ведущего от равелина святого Иоанна к Санкт-Петербургскому острову. Мост был сделан каменным с деревянной разводной серединой и получил название Петровского. Еще до того как в 1740 году была закончена перестройка всей крепости (за исключением кронверка), уже упоминавшийся выше Ж. Савари де Брюлон писал в своем словаре, что, по мнению многих, Санкт-Петербургская крепость не уступит по своей мощи знаменитым во всей Европе укреплениям города Дюнкерка в Северной Франции. В 1748 году открытый проезд в куртине между бастионами Петра Первого и святой Екатерины был перестроен в ворота (эти ворота и куртина получили название Невских), а невский фасад крепости выбелили известью. В 1751 году были устроены кирпичные аппарели с казематами в них, ведущие на бастионы.

В 1752 году руководителем строительной части инженерного ведомства в Петербурге стал А. П. Ганнибал, родом африканец, отправленный в свое время Петром I во Францию учиться инженерному делу. Он был прадедом по матери великого А. С. Пушкина, описавшего его в повести „Арап Петра Великого". А. П. Ганнибал вел работы в отдельных частях Санкт-Петербургской крепости без изменения ее общего плана. В 1752 году под его руководством началась перестройка земляного кронверка на каменном фундаменте. В 1756 году укрепления кронверка начали частично облицовывать кирпичом, а в 1760—1774 годах их облицевали каменной плитой. Что же касается укреплений, находящихся на Крепостном острове, то в 1756 году по проекту А. П. Ганнибала началась частичная облицовка их стен плитным камнем, а в 1760-м впервые появился проект „одевания" гранитом стен крепости, выходящих на Неву. В 1764 году по распоряжению императрицы Екатерины II начались работы по созданию облицованных гранитом набережных Невского — парадного — фасада Адмиралтейской стороны, являвшейся центральной частью Петербурга. Чтобы придать парадный вид и невскому фасаду Санкт-Петербургской крепости, в 1779 году по личному повелению императрицы начали облицовывать гранитом и его. В 1790 году устройством одиннадцати будок-башенок на выходящих к Неве углах крепостных стен „одевание" в гранит невского фасада крепости завершилось. Почти никакого оборонительного значения это „одевание" не имело. В 1808 году приведение Санкт-Петербургской крепости в боевую готовность ознаменовало начало последней русско-шведской войны, завершившейся заключением 5 сентября 1809 года в финском городе Фридрихсгаме (ныне Хамина) вечного мира Швеции с Россией. Этот мир нерушимо хранится обеими странами вот уже почти 180 лет. Фридрихсгамский мир имел очень большое значение для Финляндии: из шведской колонии она превращалась в автономное национальное государство. 

Словарь

Каземат — помещение в стене долговременной фортификационной постройки

Полуконтргард — П-образная в плане внешняя вспомогательная крепостная постройка, возводимая перед фасом для его прикрытия

Траверз — глухая стена, соединяющая две вспомогательные крепостные постройки

Батардо — внешняя вспомогательная крепостная постройка, представляющая собой каменную плотину с водяными воротами в крепостном рве для впуска в него воды и регулирования ее уровня; на плотине устанавливаются небольшая башенка и металлическая ограда

Аппарель — отлогий подъем изнутри крепости на верхнюю площадку бастиона для вкатывания туда орудий

Логачев К.И. Петро-Павловская (Санкт-Петербургская) крепость. Историко-культурный путеводитель. Л., 1988, 20-32.