Корея в XVII—XVIII веках: внутренняя и внешняя политика

Торговля находилась под контролем государственной административной власти. Купцы делились на две категории: на странствующих и оседлых. Первые вели торговлю главным образом в деревне, вторые — в городе. Городские купцы имели свои торговые дома. Правительство заносило купцов в особые списки и облагало налогом, уклоняющихся подвергали аресту, а их товары — конфисковали. Шесть главнейших торговых домов находились в Сеуле. Была определена стро-

[439]

гая монополия этой шестерки. Первое объединение занималось поставкой шелка, второе — хлопчатобумажных тканей и серебряных изделий, третье — тонкого шелка, четвертое — рыбных изделий и головных уборов, пятое — конопляных холстов, шестое — бумаги. Купеческие дома объединялись в гильдии. Внутренняя торговля велась на местных рынках. Наряду с местными рынками складывались торговые центры общекорейского типа, такие, как Сеул, Кэсон, Тэгу, Кванчжу, Вончжу, Пхеньян и др. В этих центрах сложились торговые объединения обще-корейского значения. Организации торговцев и купцов играли значительную роль в процессе товарного обращения. Торговый капитал этих купцов состоял не только из собственных средств, но и из средств чиновников-феодалов, которые вкладывали их в торговые операции.

В корпорациях купцов широко применялась система торгового посредничества, кредита. Мелкие торговцы и производители находились в подчинении у крупных корпораций. Дальнейшее развитие торговли привело к тому, что купцы стали получать все большие привилегии от государства. В 1734 г. был издан указ о наказании лиц, продавших товары в ущерб монополии «большой шестерки» — торговцев с улицы Чонно.

Во второй половине XVII в. началось оживление внешней торговли. Из провозглашенного королевским указом курса изоляции страны было сделано исключение для двух соседних стран — Китая и Японии. Торговля с Китаем велась на корейско-китайской границе. Вначале возникла государственная оптовая торговля, а позднее и частная. Наибольшую известность приобрели Хвэрёнская и Кёнвонская ярмарки, Ыйчжуский пограничный рынок. Обычно ярмарки открывались два раза в год и продолжались около 20 дней. Маньчжуры торговали шелком, лекарствами, драгоценными камнями, коленкором, письменными принадлежностями. Корейцы привозили женьшень, серебро, золото, бумагу, холст, меха и корейский шелк.

Торговые операции с Японией возобновились в 1707 г. В японской фактории, созданной в Пусане, торговля происходила шесть раз в месяц под наблюдением корейских чиновников. Корейские купцы обменивали женьшень на медь и серебро. На о-в Цусима корейцы вывозили женьшень, рис, меха, хлопчатобумажные ткани в обмен на медь, серу, никель, перец, хлопчатобумажные ткани.

Корейские правители обменивались также подарками с сёгунатом Токугава.

В экономике Кореи произошли изменения, свидетельствовавшие о проникновении товарно-денежных отношений в сельское хозяйство, ремесло и торговлю. Росло частное землевладение феодальной аристократии, чиновников, помещиков и деревенских богачей с правом купли- продажи земли. С развитием товарно-денежных отношений развивалась денежная форма феодальной ренты и все чаще натуральный поземельный налог заменялся деньгами. Так, в «Великом уложении» было записано, что в четырех горных районах провинции Хванхэ натуральный налог на вечное время заменялся деньгами.

[440]

Крестьянские восстания

В XVII—XVIII веках зафиксировано немало крестьянских выступлений. Непосредственным их поводом служили разруха и опустошения, вызванные иноземными вторжениями; голод 50-х годов XVII века, охвативший всю страну; пожары, наводнения и эпидемии первой половины XVIII в. Восставшие крестьяне убивали ненавистных феодалов и чиновников, отказывались платить налоги, убегали из своих деревень. Часто их возглавляли религиозные секты. Среди таких выступлений следует от-

[440]

метить восстания беглых крестьян в 1710 г. в пров. Чолла (в 10 уездах Норёна), в 1727 г.— в уезде Рённам, в 1733 г.— восстание ноби — в приморских уездах провинции Чолла, вооруженное нападение населения, на уездный центр Самдын в пров. Пхёнан в 1738 г. Отряды беглых, крестьян и ремесленников под руководством Чи Ен Гёля в 1741 г. действовали в различных частях страны, нападали на правительственные учреждения и богатые поместья. Беглые крестьяне, спасаясь от произвола властей, основывали целые поселения в районе горы Пэктусан. В 1751 г. толпы голодного люда стекались в Сеул и правительство вынуждено было их кормить. Во время голода крестьяне вымирали целыми селениями. В 1794 г. правительство вынуждено было раздать 280 тыс. мешков риса голодающему населению. Недовольство и сопротивление крестьянства феодальному гнету нарастали.

[441]

 

Движение «За реальные науки»

Острые социальные, экономические и политические противоречия способствовали зарождению различных оппозиционных идейных течений в среде корейского дворянства. Они выступали с критикой существующих порядков, с проектом социально-политических реформ, направленных на создание могущественного процветающего государства. Начало движению «За реальные науки» положил Ли Су Гван (1563—1628). Познакомившись с китайской и европейской науками, Ли Су Гван подверг критическому анализу все области политической, экономической и культурной жизни Кореи. Он призывал к объективному исследованию окружающего мира.

Выдающимся ученым, участником этого движения был Лю Хён Вон (псевдоним Панге, 1622—1673). В своем сочинении «Записки Панге» он изложил проект реформы аграрных отношений и государственного строя. Лю Хён Вон считал основой всех преобразований земельную реформу. В руках государства должен быть сосредоточен весь земельный фонд страны, и раздача его должна производиться всему населению на строго определенных условиях. Все формы чрезмерной незаконной эксплуатации необходимо ликвидировать. Проект реформ Лю Хён Вона не был направлен на уничтожение феодального способа производства. Он предусматривал лишь улучшение феодального общества путем некоторых преобразований.

В XVIII веке сторонники движения «За реальные науки» подвергали резкой критике корейские феодальные порядки, искали путей к новым, общественным отношениям.

[441]

Реформы Ёнчжао

В период своего правления король Енчжо (1725—1776) осуществил ряд реформ, продиктованных стремлением правящих классов законсервировать феодальную систему, приостановить начавшийся процесс разложения феодального способа производства, ослабить нараставшее недовольство народа феодальным гнетом. Ряд королевских указов объявлял о проведении реформ в области законодательства, судопроизводства, облегчении положения рабов,, ограничении власти конфуцианских храмов. При Енчжо был отменен закон о высылке на границу государства всего семейства осужденного, а также пытки и телесные наказания; улучшалось содержание преступников в тюрьмах (лечение, питание, одежда); всем судимым предоставлялось право апелляции; введен порядок представления отзывов с мест на столичных и провинциальных чиновников: десять лучших отзывов повышали в чине, три посредственных — снимали с должности (при этом, однако, через два года чиновник вновь принимался на службу). Детям и внукам чиновников, уличенных во взяточничестве, не разрешалось занимать должность областных и уездных начальников

[441]

в ряде учреждений. Енчжо уменьшил налог, взимаемый с раба, до одного куска холста и совершенно отменил дань с рабынь. В 1741 г. с целью ограничения власти конфуцианских монастырей Енчжо упразднил более трехсот храмов, а в 1750 г. издал «Закон об уравнении повинностей», по которому военный налог уменьшался с двух кусков холста до одного. Сокращение государственных доходов по этому закону компенсировалось за счет введения других, дополнительных налогов и сборов с населения. Все мероприятия Енчжо не затрагивали существа феодального строя. Однако противоречия феодального общества начали проявляться в конце XVIII — начале XIX в. в полной мере и привели к кризису феодальной системы.

[442]

Культура Кореи в XVII-XVIII вв.

Политические изменения в стране, две войны против японских и маньчжурских захватчиков отразились на развитии корейской культуры. Острая политическая борьба дворянских группировок вызвала к жизни философские течения неоконфуцианского толка.

Ученые, противостоящие неоконфуцианской догматике чжусианства, выступали в качестве «еретической» оппозиции. Представителями нового, прогрессивного течения явились дворянская интеллигенция, выходцы из дворянской патриотической среды. Ведущая роль в оппозиции принадлежала школе «реальных наук» (XVII в.), выдвинувшей лозунг «Стремиться раскрыть в предметах и явлениях их подлинную сущность» и конкретные программы преобразования корейского общества, направленные на превращение страны в сильное государство. На возникновении этого течения сказалось влияние европейской науки. Ученые школы «реальных наук» рассматривали материю (ки) как первооснову, считали ее первичной по отношению к духу (ли).

В начале XVII в. передовые ученые Кореи познакомились с европейской географической, астрономической, этнографической и религиозной литературой, ввозившейся из Японии и Китая. Например, итальянский миссионер Маттео Риччи (Ли Ма-доу) издал в Китае более 340 книг по истории католической религии, астрономии, географии и естествознанию. В начале XVII в. корейский ученый Ли Су Гван ознакомился с этими книгами и часть из них привез в Корею. С именем Чон Ду Вона связано знакомство корейцев с этнографией европейских народов.

Литература и искусство проникались новыми мотивами. Классическая поэзия (так называемая литература рек и озер) навеяна темами патриотизма, воспевает родную природу. В стихотворении неизвестного автора XVII в. выражена мечта о том, чтобы не было больше войн:

Переделать бы на метлы
поскорее все мечи.

Со второй половины XVII в. в корейской поэзии наступил новый этап, связанный с появлением горожан, с обострением классовой борьбы. Новая поэтическая форма — «длинные стихотворения» («чанга») — зафиксирована в двух известных антологиях: «Неувядаемые слова страны зеленых гор» («Чхангу ёнъон», 1727), составленной поэтом Ким Чхон Тхэком, и «Поэзия страны, лежащей к востоку от моря» («Хэдон каё», 1763), составленной поэтом Ким Су Чаном. Поэтессы Хван Чин И, Ли Ок Пон писали о неравном положении женщины в корейском обществе.

Появились и прозаические произведения на общественно-политические темы. В литературу пришли представители недворянского сословия, писавшие на родном корейском языке «Книги рассказов» («Ияги

[442]

чхэк») — небольшие повести, распространявшиеся в виде рукописей и ксилографов. Большое место занимала мемуарная литература (дневники Ли Сун Сина, записки о войне Лю Сон Ёна и др.).

Большинство произведений повествовательного жанра, в которых затрагивались устои феодального общества, принадлежали неизвестным авторам XVII—XVIII вв. Это — «Повесть о Хын Бу» («Хын Бу чжон»), «Повесть о Сим Чхон» («Сим Чхон чжон»), «Повесть о Чхун Хян» («Чхун Хян чжон») и др.

Классическая литература представлена романами «Удивительное соединение двух браслетов» («Сеян Чхон кыйбон», вторая половина XVII в.), «Облачный сон девяти» («Куунмон») Ким Ман Чуна (конец XVII века).

В изобразительном искусстве наблюдалось зарождение реалистических тенденций. Интерес к родной природе, жизни простого народа характерен для художников Чон Сона (Кёмче), Ким Хон До и Син Юн Бока.

В самой Корее многие труды видных корейских ученых-историков не публиковались в то время из-за запрещения печатать сведения о царствующей династии при ее жизни. Только в 1776 г. была издана энциклопедия «Свод официальных документов Кореи» («Тонгук Мунхоньбиго» — с древнейших времен до 1770 г.).

Развитие общественной мысли в XVIII в. было связано с деятельностью ученых школы «реальных наук». Действительной целью науки они считали служение интересам практики, заботу о благосостоянии народа. Мыслители этой школы Лю Хён Вон, Ли Ик, Пак Чи Вон и другие считали материю первоосновой всех вещей, признавали объективный характер действительности, закономерности движения и изменения материи. В этических же взглядах они оставались идеалистами и природу поведения человека в обществе объясняли врожденным характером нравственности.

[443]

История стран зарубежной Азии в средние века. М., 1970, с. 439-443.

Рубрика: