Средний Восток. Политическое содержание понятия

Таким образом, вот пока те данные, которые помогут понять, почему создалось название Среднего Востока. Но есть еще одна сторона дела, которая эту мысль выявляет выпукло и которая доказывает еще более убедительно, что Средний Восток не есть какая-нибудь выдумка, какое-либо вымученное понятие, но что с этим понятием соединяется совершенно определенный географический и этнографический объем. Это новое доказательство, новая сторона дела — политическая. Обрисовалась эта политическая сторона достаточно ясно в 70-х годах прошлого столетия, но намечалась гораздо раньше.

На континенте Европы впервые Мирабо [В 1786 г. “Histoire secrete de la Cour de Berlin”.  Ouvrage posthume, home premier, lettre XXIX.] и Наполеон указали, — один теоретически,  другой практически, — на тот смысл и значение, которые для мира имеет Индия, главным образом, ее естественные богатства, а затем и то ее огромное количество народа, который может явиться объектом для эксплуатирования. Но, пока русские не продвигались в Среднюю Азию, пока они стояли еще где-то далеко, эта мысль недостаточно объективно выявлялась даже для широких кругов Англии. Мы видим это, например, из такого факта:  когда Наполеон завязывал сношения с Персией, англичане только тогда со своей стороны послали в Афганистан миссию Эльфинстона, ту миссию, заметим к слову, которая много порадела для изучения Афганистана и заинтересовала этой страной специалистов.

Но для всего мира эти далекие страны Среднего Востока стали более ясными только с шестидесятых годов прошлого столетия, когда Россия начинает продвигаться в Среднюю Азию, занимает Хиву, Ташкент, Коканд, позднее Памир и создает тем картину планомерного приближения к Индии. Тогда началась тревога. Эти завоевания,  выясненные на пути их политические и другие препоны, а также последующие изучения стран, объяснили нам — русским, а затем и всему миру все значение тех областей,  которые здесь заключаются, и выяснили вместе с тем центр их общей ценности; и тогда мы в первый раз поняли, сначала специалисты, а затем и общественные круги, что политическая ценность и весь политический смысл завоеванных территорий заключается не столь в их непосредственных богатствах, сколько, главным образом, обуславливаются тем обстоятельством, что они являются общей территорией подступов к исключительному источнику богатств, — к Индии, что они соседят с нею. Как только это стало ясно, то появилась и новая иллюстрация того, что нужно разуметь под Средним Востоком. С политической точки зрения нужно разуметь под ним, во-первых, Индию, во-вторых,  кольцо тех государств, маленьких, несильных, небогатых, которые окружают Индию (это будут Белуджистан, Афганистан, налегающий над Индией в виде четырехугольника,  Памир, Кашгария и затем Тибет); наконец, в-третьих, нужно еще включить лежащий к северу русский Туркестан, который в отношении возможности наступления или угрозы Индии рассматривается англичанами, как база.

Таким образом, многогранная и необъятная ценность Индии вызывает жадное желание англичан удержать ее в своей власти и обезвредить все подступы к ней, а со стороны России вызывает естественное тяготение к странам, окружающим Индию не для того, чтобы овладеть ими, проку в них мало, а чтобы иметь возможность влиять на Индию, или,  будет возможно, захватить ее. Англия и Россия столкнулись в Средней Азии, и их полуторастолетнее соперничество является главным узлом всей проблемы Среднего Востока.

Повторю, чтобы быть более ясным, с политической точки зрения под территорией Среднего Востока разумеют ту большую территорию, в которую входит сама Индия, как объект для ее обладания, удержания или достижения, группа тех стран, которые окружают ее со всех сторон и которые известны в литературе под специальным названием государств-буферов, или государств-гласисов, и, наконец, огромный русский Туркестан,  который рассматривается, как база подготовительных операций к овладению Индией. В своем труде, который знаком некоторым из вас, “Индия, как главный фактор в среднеазиатском вопросе”, я выявил в этом отношении с достаточной ясностью свою точку зрения, и кто из вас найдет время прочитать этот труд, увидит, с одной стороны,  поскольку мы, русские, стремились двигаться к Индии, — не говоря об успешности или неуспешности этих предприятий, с другой — вы увидите, кто и как этому противодействовал; затем одна глава этого труда посвящена выяснению значения Индии для англичан с точки зрения экономической, а одна из глав говорит о господстве англичан над черными, народа-господина над народом порабощенным.

Таким образом, кроме тех причин, которые я привел раньше, чтобы выявить территорию Среднего Востока, я привожу еще четвертую — политическую. По указанным причинам и смыслам в настоящее время Средний Восток и толкуется, как определенное политико-географическое понятие. Главной данной является, конечно, политическая. Эта сторона дела выявлена в бесконечном множестве сочинений. Когда мы перевезем всю библиотеку Генерального Штаба из Петрограда, вы в ней, вероятно, найдете массу политических сочинений на эту тему, особенно английских, которые трактуют этот вопрос со всех точек зрения. Правда, вы натолкнетесь на то, что в этих сочинениях будет много пережевывания, повторения, нервозности, пристрастия и национальной узости, но много и серьезного, и глубокого. Все это показывает только, насколько Индия важна и для Англии, и для всего мира, и насколько правильна та точка зрения, которая ее и окружающие ее страны объединяют под одним общим термином, притом с Индией, как центром всего вопроса.

Цитируется по изд.: Снасарев А.Е. Афганистан, 2002.