Бухара (Бабаяров, 2004)

Бухара (Западный Согд). Как информируют китайские источники, правители этой территории происходили от одной и той же ветви династии Чжаову, правителей Кана (Согда)  [Бичурин 1950: т. 2, 272, 282; Chavannes 1903: 136—138; Ртвеладзе 1997: 19]. Но в труде Абу Бакра ан-Наршахи «Тарихи Бухара» нетрудно проследить, что происхождение правителей Бухары велось от Дома «Джамук». Основываясь на информации из произведений Наршахи «Тарихи Бухара» и Фирдоуси «Шахнаме», можно сделать вывод, что в Бухарском оазисе правили династии, связанные своим происхождением с Тюркским каганатом. В частности, Наршахи информирует, что в Бухаре  против правителя Абруя тюркский каган Карачурин (Тарду, 576—603) направил свои войска во главе с сыном Шири Кишваром, который в 587 г. убил Абруя и установил свою власть [Наршахи 1966: 16]. Он, возможно, являлся наместником тюркского кагана в Бухаре после того, как Бухара была отнята у эфталитов. По мнению Р. Фрая, имя Шири Кишвар является персидской версией тюркского Эл Арслана [Frye 1954: 108, n. 28]. В китайских источниках есть информация о том, что у Карачурина (Тарду) был сын Янг-су Дэлэ (тегин), и Л. Н. Гумилев считал, что он и есть та же самая личность. Согласно его точке зрения, Янг-су тегин поставил наместником в Бухаре своего сына Нили (Йелтегин). После смерти Нили в 603 г. его место занимает его брат Боси Дэлэ (тегин). В 630-х гг. этой территорией управлял Нишу Кана-ше (шад) — сын Тон ябгу [Бичурин 1950: т. 1, 284— 285]. Л. Н. Гумилев считает, что это есть тот же самый бухархудат по имени Кана, упомянутый Наршахи [Гумилев 1967: 159, 210; Наршахи 1966: 37]. Наршахи пишет, что в 673 г., когда арабы прибыли в Бухару, здесь правил бухархудат по имени Бидун. Происхождение Бидуна, по мнению Ш. Адилова, велось от Шири Кишвара [Адилов 1998: 29—30]. Табари сообщает, что в 680 г. после того, как был убит Бидун, его место заняла его жена Хатун. По арабо-персидским источникам,  Хатун правила Бухарой до 695 г., после чего ее место занял ее сын Тугшада (Тугшад). Он правил до 720 г. и передал власть своему сыну. В летописях есть информация о том, что Тугшада в 726 г.  направил в Китай послом своего брата Асилань (Арслан) Дафодан Фали [Бичурин 1950: т. 2, 312;  Chavannes 1903: 138].

На некоторых бухарских монетах VI—VIII вв. имеются титул «хакан» и тамги в виде тюркских рун, на других на одной стороне показано изображение правительницы тюркского облика, а на обратной — титул хатун [Смиpнова 1961: 55—58; 1963: 45, 137]. О. И. Смирнова считает, что эти монеты имеют отношение к тюркской династии Бухары [Смирнова 1981: 59, 61, 447]. Согласно Наршахи, в Бухаре в этот период бытовал согдийский титул худат, а также использовались и такие тюркские титулы, как тегин, шад, хатун, о чем свидетельствуют вышеприведенные имена и титулы (Янг-су тегин, Йелтегин, Боси тегин, Кана шад, Тугшад, Хатун).

Все сказанное говорит о том, что тюрко-согдийские этнокультурные связи в эпоху Тюркского каганата становятся весьма интенсивными. Большую роль в этом играло то обстоятельство, что оба эти этноса входили тогда в состав одного государства — Тюркского каганата. Хотя в то время в историко-географических областях Среднеазиатского междуречья (Чач, Фергана, Уструшана, Согд, Бухара, Хорезм, Тохаристан) сохранилась система административного управления, которая существовала до возникновения Тюркского каганата, а именно система оазисного самоуправления, их правители, тем не менее, признавали верховную власть Тюркского каганата и считали себя его наместниками. Сведения письменных источников, в совокупности с данными памятников материальной культуры (нумизматических, эпиграфических и др.), позволяют прийти к заключению, что период правления Тюркского каганата в этих регионах можно разделить на 3 этапа:

1) После разгрома тюрками эфталитов в 60-х гг. VI в. победители управляют подчиненными ранее эфталитам областями при помощи местных династий (вторая половина VI в. — первая четверть VII в.).

2) Назначение тюркскими каганами в качестве правителей целого ряда областей (Чача, Ферганы, Бухары и Тохаристана) лиц, имеющих прямое отношение к правящему ряду тюрок (первая четверть VII в. — вторая четверть VIII в.).

3) Приход к власти в некоторых областях тюркских династий, имевших прямое или косвенное отношение к Тюркскому каганату (конец VII в. — первая половина VIII в.). Такое положение, в частности, наблюдается в Согде (Самарканде, Пенджикенте, Кабудане, Кеше, Нахшабе) и в Уструшане.

Использован фрагмент статьи: Г. Бабаяров. Тюрко-согдийские контакты в период Тюркского Каганата (на примере системы управления историко-географическими областями Среднеазиатского Междуречья). Цитируется по изд.: Центральная Азия от Ахеменидов до Тимуридов. Археология, история, этнология, культура. СПб., 2004, с. 58-59.