Прага: острова на Влтаве

Что ж, если речь зашла об островах, то нам придется сообщить их географические координаты: на 50°05' северной широты (широты Нью-Фаундленда и Сахалина) и 14°25' восточной долготы (долгота западного Шпицбергена или Мальты) расположен «безымянный» архипелаг. В мировом масштабе, пожалуй, это не острова, а, скорее, «островная пыль», но для нас, сухопутных жителей, для которых и Махово озеро почти что море, это острова. Они рассеяны по Влтаве вдоль ее течения (в границах Праги).

Согласно старым книгам, их было намного-намного больше. Но со временем в связи со строительством плотин и проведением работ по регулированию стока реки уровень воды в нескольких местах поднялся, так что осталось всего восемь островов. Девятым иногда называют Кампу, но не поддавайтесь заблуждению: этот волшебный уголок в действительности полуостров.

Своей южной оконечностью дальше всего выдается против течения реки Императорский луг. На старых планах Праги он обозначен как полуостров — и это соответствовало действительности. Островом он стал лишь в прошлом столетии, когда углубили рукав реки для сооружения пристани на смиховском берегу; сегодня Императорский луг соединен с берегами лишь мостом. Однако северная оконечность острова каждое лето соединяется с берегом еще и понтонным мостом, поскольку Императорский луг стал местом гуляний уже с 1297 года, когда молодой король Вацлав II по случаю коронации устроил тут небывалый пир под открытым небом. Тогда же родилось и название — Королевский луг; спустя несколько столетий, в знак проявления обязательного пиетета к государю в Вене, Королевский луг получил свое современное название. Остров могли бы назвать, скажем, и Желтый луг, потому что — хотите верьте, хотите нет — некогда здесь из речного песка намывали немного желтого металла...

В VI томе энциклопедии Ригера, датированном 1867 годом, сегодняшний остров обозначен как часть смиховского массива: «Рядом с вокзалом часть Королевского, или Императорского, луга отведена под ипподром для скачек, которые начиная с 1865 года по обыкновению здесь проводятся в октябре месяце». Тогда еще ипподрома в Хухли не было и в помине, а лошадки — это же такое зрелище! Некоторые пражане усовершенствовали это зрелище: они ходили наблюдать скачки из-за реки, с вышеградских укреплений. Правда, это было далековато, но зато в необычном ракурсе, с высоты птичьего полета, все видно как на ладони. Да к тому же не надо было платить за вход...

Императорский луг остался верен спорту и развлечениям поныне. Правда, еще и сегодня, как поется в старой песне, здесь сохранилась аллея тополей, но влюбленные вряд ли нашли бы тут тихое местечко. Всюду, куда ни кинь взгляд, на острове оживленно: футболисты, волей-болисты, любители каноэ, яхтсмены, пловцы, а летом еще и сотни пражан, которые приходят сюда, чтобы насладиться водой и солнцем. Да и пристань, которую в свое время построили на Сми- хове для плотов, не осиротела после того, как по Влтаве перестали сплавлять лес. Сколько здесь ботов, моторных лодок, шлюпок, байдарок и бог знает чего еще...

На острове сохранилась трибуна с временным табло — это принадлежность естественного водного стадиона, и точно такой же стадион находится на втором острове. Это Весларский (Гребной) остров, солидное творение природы. Хотя в стародавние времена этот остров находился за пределами Праги, впервые о нем упоминается уже в 1420 году в связи с обороной города.

Позднее он получил название Шварценбергский, так как принадлежал Шварценбергам. Дело в том, что князья из этого рода занимались не только политикой и военным делом, но и хозяйством. Из княжеских лесов с Шумавы под Прагу сплавлялся лес, потому что в Праге его цена удваивалась, и на этом острове он обрабатывался; были здесь и лесосклады.

Свое название по принадлежности остров сохранил и в наши дни, ведь он и в самом деле — вотчина гребцов. Точнее говоря, гребцов и других мастеров водного спорта.

Прежде чем мы приблизимся к следующей группе островов, нам придется обойти три моста (или подплыть под них). Это — железнодорожный мост, мосты Палацкого и Ирасеков.

Перед нами Славянский остров у новоместского берега. У южной его оконечности навстречу течению поднимается монументальная Шитковская водонапорная башня. С берегом остров соединяется зданием кафе и выставочного зала «Манес», который переброшен через рукав Влтавы у северной оконечности острова — мол лодочной станции (среди лодочных станций она ближе всего расположена к центру города).

Этот остров, первоначально именовавшийся Барвиржским (Красильным), также не очень стар, ему нет и двухсот лет; он сформировался из наносов после наводнения 1784 года. Первое название острова восходит к жившим поблизости красильщикам кожи, которых селили на определенном удалении от города, потом его нарекли Жофин (по имени эрцгерцогини Жофии, матери императора Франца-Иосифа); а после известного Славянского съезда, проходившего в Праге в 1848 году, остров получил свое современное название.

В начале минувшего столетия остров, как читаем в старых путеводителях, стал «самым излюбленным местом прогулок образованной части общества». Особенно с тех пор, как предприимчивый трактирщик открыл здесь в 30-е годы свое заведение. Именно на том же месте выросло позднее более репрезентативное здание с танцевальным залом, причем это здание — с небольшими переделками — сохранилось и до настоящего времени.

Год 1841 следовало бы вписать золотыми буквами в историю Славянского острова. Дело в том, что в этом году тут произошли два события чрезвычайного значения:

Во-первых, здесь проложили железную дорогу протяженностью 158 метров и по ней прошел первый локомотив. Паровоз тянул один товарный и один пассажирский вагоны!

И потом — здесь в том же году состоялся второй крупный чешский бал (первый был устроен годом раньше в староместском Конвикте). А позднее на Жофине устраивались великолепные балы, на одном из них, в 1843 году, с литературной Прагой впервые познакомилась и Вожена Немцова... Бронзовый памятник Божене Немцовой стоит здесь по праву.

А концерты... Сколько славных пражских премьер состоялось тут! Берлиоз, Шуберт, Лист... В 1863 году Рихард Вагнер дирижировал здесь на концерте своих произведений, и Прага была поражена, потому что впервые видела дирижера со спины!

Обычно до полудня остров принадлежит мамам с колясками, после обеда главным образом студентам, весь день старым панам и пани с собачками, а вечером...

Стрелецкий остров, который прежде также называли «Малая Венеция» (а до этого — «Газон»), лежит посредине Влтавы, но к нему удобнее спуститься по лестнице с моста 1-го Мая. Прежде, когда тут еще был цепной мост, лестница упиралась в строение, делившее остров на две половины.

Сначала он был собственностью чешских государей. Упоминание о нем встречается уже в XII веке; в 1472 году. Старе Место получило его в дар от короля Владислава Ягеллона, а город передал его своему цеху стрелков. Цех организовал здесь празднество «стрельба по птице», которое позднее превратилось в прекрасную пражскую традицию. Празднество проходило так, как оно описывается в книге Зикмунда Винтера «Магистр Кампанус». Когда император и король Фердинанд I за участие в первом восстании сословий лишил Прагу ряда привилегий, он отобрал у города все оружие, источники доходов и земли, в том числе и этот остров. Спустя два года, впрочем, он милостиво возвратил остров, причем сам поделил его между общиной и стрелками. Общества стрелков с годами меняли свои названия, однако неизменно оставались на острове. В 1782 году император Иосиф II передал остров кружку прославленных метких стрелков, которые и были его хозяевами до конца монархии.

Однако самым крупным событием в истории острова, бесспорно, было 1 мая 1890 года, когда Стрелецкий остров, казалось, затонет от наплыва людей: там собралось около тридцати тысяч... Здесь состоялась первая первомайская демонстрация рабочей Праги!

Третий из этой группы островов примыкает к смиховскому берегу. Его называли Еврейский, но на новых планах города он фигурирует как Детский, или Остров пионеров. Тут все для детей — площадки для игр, сад...

Таким образом, мы осмотрели острова, сосредоточенные в центре города, они находятся в нескольких шагах от Национального театра. И поэтому они навсегда останутся садами. Город борется за каждый сантиметр зелени — тем более надо сохранить ее на реке!

Заглянем, однако, на минуту на Детский остров. Между ним и смиховским берегом расположены шлюзы для прохода судов, так как с противоположной стороны острова построена Шитковская плотина. В самом конце шлюзов, почти у самого моста 1-го Мая, стоит статуя Влтавы. С этой статуей связан весьма трогательный обычай: в день поминовения усопших в полдень на реку выходит черный, траурный пароход. Он движется сначала против течения, до самых Модржан, а потом разворачивается и подходит к статуе. Здесь спасатели возлагают венок в память тех, кто нашел смерть во Влтаве.

А теперь наконец подошла очередь Кампы. Островом она была до 1905 года, когда Влтава была зарегулирована. Рукав реки, некогда отделявший Кампу от берега, назывался Строуга, а Кампу именовали островом. Потом Строуга получала то одно, то другое название в зависимости от имен владельцев водяных мельниц, построенных на ней. Сюда сходились прачки, а среди них одно время выделялась своим острым язычком некая Алоизия Немцова из дома № 476 на Мальтезской площади. А так как она прославилась своим скандальным нравом, ее дом стали называть «У трех чертей ». Впоследствии этот эпитет перешел и на рукав реки, который известен сейчас как Чертовка. Кто не верит, пусть проверит сам... О прачках теперь напоминают лишь небольшой трактирчик «На прадле» и костел того же названия в стиле ранней готики...

Кампа, точно так же, как и существовавший некогда остров Под Градом (он уже давно стал частью набережной), была собственностью пражских архиепископов, дворец которых находился в те времена на Малой Стране, неподалеку от Карлова моста. Позднее тут были разбиты сады, принадлежавшие Ностицам и Михнам, а впоследствии — Одколкам; сейчас на их месте прекрасный общественный парк.

Мельниц на Чертовке было три — у двух из них еще сохранилось колесо, правда лишь как украшение.

Чертовка узка и извилиста — это идеальное место для пражских любителей водного слалома, которых вы и увидите здесь в любое время года.

Если происхождение названия «Чертовка» пытаются объяснить хотя бы и не подтвержденной ничем легендой, то этимология слова «Кампа» нигде не приводится. Доподлинно известно лишь то, что это название стало употребляться всего каких-то двести лет и что Кампа — один из красивейших уголков Праги. Старые дома, прекрасный сад. Здесь находился знаменитый гончарный рынок, и теперь еще на этом острове, превращенном в полуостров, можно купить глиняную посуду старых форм и своеобразной росписи.

Очертания этого куска земли от наводнения к наводнению претерпевали изменения. В одном месте вода смывала кусок берега, в другом намывала. Лишь после страшного пожара 1541 года, который уничтожил две сотни малостранских домов (!), берега Кампы (тогда она еще была островом) укрепили материалом, который доставили сюда с Малой Страны после сноса старых домов.

Подробно описывать Кампу не будем, это под силу только поэтам — лишь они способны передать всю ее красоту. Вам ведь все равно надо посетить ее самим, а побывав там однажды, вы будете приходить туда всякий раз, при каждом посещении Праги. Мы лишь обратим ваше внимание на несколько зданий.

Первое — это бывший Лихтенштейнский дворец, единственный дворец Кампы. Он был построен в конце XVII столетия, а Лихтенштейны приобрели его в 1831 году. Спустя четверть столетия они перестроили здание до основания и пристроили третий этаж. Это большое, тяжеловесное здание, монументальная доминанта этих мест.

Напротив фасада дворца, в заросшем саду, стоит менее бросающийся в глаза домик, но он представляет большую ценность в историческом плане. Когда-то здесь была дубильня; в 1797 году пан Бедржих Ян из Ностиц-Ринека (дубильня стояла тогда в саду Ностицов) приказал переоборудовать ее так, чтобы тут мог обосноваться больной ученый Йозеф До- бровский, который прожил здесь пять лет. Об этом напоминает его памятник, перенесенный сюда с первоначального места в садах Врхлицкого.

А последующие дома? Дом «У белого сапога» (№ 510) отличает богатая отделка. Обратите внимание и на барочный портал дома «У синей лисы» (№ 498). Он построен в 1664 году. Прежде его называли домом «У трех золотых пуговиц». Согласно легенде, здесь когда-то стоял дом лесника, но это, должно быть, было очень давно. Но охотник, который здесь жил, несмотря ни на что, относится к старейшим пражским призракам.

Течение Влтавы несет нас к следующему острову. Это Штванице, или Большая Венеция; прежде его называли также очень просто — Большой остров. 

Через него проходил старый брод: еще сто лет назад реку здесь можно было перейти вброд. После зарегулирования Влтавы характер этих мест полностью изменился. Остров, известный уже с гуситских времен, принадлежал прежде владельцам мельницы «На камне». Вместе с мельницами он в 1754 году стал собственностью города.

Когда в период тридцатилетней войны Прагу осаждали шведы, они согнали на голешовицкие и бубенские луга, в те места, где теперь стоит Дворец дорожного управления Праги, огромное количество скота. На глаза изголодавшемуся городу... Однажды ночью несколько отважных мужчин, перебравшись через реку, взяли из стада молодого теленка и перенесли его через остров на новоместский берег. Теленок жалобно мычал, корова бросилась за ним и увлекла вброд все стадо. Эта отличная идея будто бы пришла в голову палачу Яну Мыдларжу. За это отцы города разрешили ему открыто, публично входить в город и общаться с его жителями — что было крайне необычно для палача.

Название «Штванице» («Травля») остров получил в связи с тем, что с XVII века здесь устраивалось для пражан весьма необычное зрелище: организаторы выпускали из клеток диких зверей, главным образом медведей или волков, и травили их собаками. Или для разнообразия устраивали кровавую травлю оленей, ослов, быков... Запрет на это «развлечение» ввел лишь император Франц I, в 1802 году.

Остров Штванице не всегда находился на середине реки и не всегда был один — а именно: между ним и новоместским (и карлинским) берегом некогда были и другие острова, но они в связи с повышением уровня реки либо исчезли, либо соединились с сушей, как, например, большой Роганский остров (на нем были тупики вокзала Прага-Тешов). Тут были еще острова Иерусалемский, Папиренский...

Острова соединялись деревянными мостами, теперь через Штванице проходит Главков мост, а немного дальше — виадук северо-западной дороги.

Побываем теперь на Либеньском острове, более известном под названием Манины. Когда-то, причем не так уж и давно, это название объединяло группу островов и островков между рабочими кварталами Либень и Голешовице: острова были соединены с берегом или затоплены во время работ по зарегулированию реки, которое в этих местах было завершено лишь в 1930 году.

Остров ли это? Или тоже полуостров? Трудно сказать, тут все время что-то изменяется, находится в постоянном движении, грунт привозят, увозят, что-то копают... Официально все же пока это остров, что ж, так будем считать и мы.

Остров складов, мастерских; остров, где частично расположено одно из крупнейших пражских машиностроительных предприятий, Либеньские верфи. Земле-черпалки, производимые здесь, известны далеко за пределами Чехословакии.

Завершим прогулку на Тройском острове. Когда-то его называли Императорским: здесь была императорская мельница. Это тоже некогда была суша. Только шлюз, построенный в начале нашего века, выдвинул его на середину реки. И Штванице утратила свое первенство, перестала быть самым большим островом: самый большой остров в Праге — это Тройский.

Он лежит на Влтаве там, где на берегу соединяются Королевский заповедник и зоопарк. Именно с террас зоопарка он виден как на ладони.

Вот, пожалуй, и все об «островной пыли» на 50°05' с. ш. и 14°25' в. д.

Прага. Редактор Т.А. Ольсевич, Составители И.А. Черкасов, М.Н. Кузьмин и Ю.И. Ритчик. М., 1981, с. 245-249.

Цифрами на карте Праги указаны:

8. Карлов мост.

22. Славянский остров.

23. Стрелецкий остров.

Рубрика: