Кронштадтская крепость (Энгельс, 1854)

С тех пор, как сэр Чарлз Нейпир отплыл в Балтийское море, получив от первого лорда адмиралтейства «безусловное разрешение объявить войну», более оптимистически настроенная часть английского общества не перестает надеяться, что скоро придет сообщение о бомбардировке Кронштадта, захвате подступов к Санкт-Петербургу, а может быть (кто знает?) даже о водворении британского государственного флага на сверкающем шпиле русского Адмиралтейства.

В основе этих надежд лежит очень правильная мысль; она заключается в том, что Кронштадт — ключ к успеху для любого нападения на Россию с моря в районе Балтики. Захватите Кронштадт, и Санкт-Петербург у ваших ног, русский флот перестал существовать, а Россия низведена до положения, которое она занимала до Петра Великого. Если Англия, располагая на Балтийском море силами, необходимыми для совершения такого подвига, будет их растрачивать по мелочам больше, чем это абсолютно необходимо для наступления на пункты, имеющие второстепенное значение, она допустит крупнейшую ошибку, губительное действие которой может сказаться на двух-трех ближайших кампаниях. Но если мы понимаем решающее значение Кронштадта, то понимают его и русские, которые действовали соответствующим образом. Этот ключ к России окружен двойной и тройной броней, ощетинившейся почти тысячей орудий.

Общеизвестно, что Кронштадт занимает юго-восточный угол небольшого острова, имеющего около пяти миль в длину; этот остров прикрывает вход в сужающуюся часть Финского залива

 [635]

и расположен примерно в 16 милях от устья Невы. Море по обеим сторонам острова почти всюду очень мелкое, и для морских судов имеется только два фарватера. Один, проходящий к северу от острова, в двух-трех милях от его северного побережья, имеет не менее четырех морских саженей *) глубины; в четырех милях от восточной оконечности острова он делает изгиб, приближаясь к ней на расстояние в 1400 ярдов, но при этом теряет одну морскую сажень глубины. Таким образом, все северо-восточное побережье острова недосягаемо для орудий какого-либо военного корабля, идущего этим фарватером; исключение составляют лишь западная и восточная оконечности острова. Поэтому только эти оконечности укреплены, первая — фортами Екатерины, Александра и Михаила, вторая — крепостной стеной самого города и двумя батареями, воздвигнутыми на песчаной отмели приблизительно в 1000 ярдов впереди этой стены; однако более крупная из этих батарей, как передают, представляет собой развалины. На уровне северного побережья острова, между его восточными и западными оборонительными сооружениями, в доброй миле от берега, на песчаной отмели сооружена еще одна батарея, которая, однако, все же остается вне предела досягаемости огня судов, находящихся в четырехсаженном фарватере.

Итак, из-за его отдаленности от оборонительных сооружений, из-за больших навигационных трудностей, которые он представляет, и из-за значительного сокращения глубины в его юго-восточной части, этот северный фарватер следует считать непригодным для сколько-нибудь серьезной атаки Кронштадта. При условии, что известное распыление сил не повлечет за собой губительных последствий, им можно воспользоваться для отправки нескольких более легких судов в обход острова; подавив не столь уж грозную восточную батарею, они могли бы занять удобную позицию для бомбардировки города Кронштадта, в котором находятся не только главные шкиперские магазины и верфи русского военного флота на Балтике, но и много принадлежащего частным лицам строевого леса, и который поэтому набит легко воспламеняющимися материалами, так что несколько удачных попаданий артиллерийских снарядов могут вызвать огромный пожар, который за одну ночь уничтожит военно-морские склады, заполнявшиеся в течение многих лет. Есть ли реальная возможность занять такую позицию достаточным количеством легких военных кораблей? Об этом можно судить, только опираясь на тщательное обсле-

-------

*) Морская сажень =182 см. Ред.

[636]

дование положения на месте в сочетании с новыми промерами глубины. Стоит ли предпринимать такой шаг? Это будет зависеть от соотношения сил. Здесь мы должны ограничиться теми выводами, которые могут быть сделаны даже на расстоянии, из сопоставления наиболее достоверных сведений, имеющихся в нашем распоряжении.

Итак, главное направление атаки проходит только по южному фарватеру, ведущему к Большому и Малому рейдам, иначе называемым теснинами. Здесь четырехсаженный фарватер, имеющий у северо-западного конца острова несколько миль в ширину, в двух милях от внутренней гавани внезапно сужается до мили и затем образует очень острый угол, вершина которого приходится против Военной гавани. В этом месте узкая отмель, проходящая от ораниенбаумской песчаной банки до острова, пересекает фарватер и уменьшает его наибольшую глубину до 3,5 морской сажени. Русские старательно сохранили это естественное укрепление своей Военной гавани, хотя для его устранения достаточно было бы немного поработать землечерпалкой. Следовательно, этот четырехсаженный фарватер, центральная часть которого имеет повсюду глубину не менее 4,5 морской сажени и обеспечивает проход крупнейших военных кораблей, является основным подступом к Кронштадту, причем решающая борьба должна развернуться у вершины острого угла, там, где на протяжении полутора миль проток имеет в ширину не более четырехсот ярдов.

Фортификационные сооружения, прикрывающие этот фарватер, являются самыми разнообразными — от допотопных строений времен Петра Великого до новейших и весьма внушительных сооружений с двумя-тремя ярусами орудий один над другим. Знаменательно, что наиболее важные пункты защищены фортификационными сооружениями, устаревшими и к тому же крайне несовершенными: это уязвимое место Кронштадта. Эти старинные укрепления представляют собой небольшие бастионные сооружения; орудия установлены за открытыми парапетами, а казематированные орудия малочисленны или вовсе отсутствуют; бастионы крайне малы и узки, и поэтому количество установленных на них орудий крайне мало по отношению к ширине их фронта. Кроме того, следует отметить, что половина этих орудий в основном направлена на мелкие места, откуда можно было ожидать нападения, самое большее, канонерок. Но для таких укреплений даже канонерки опасны.

В отличие от этого современные сооружения построены в соответствии с принципами, впервые провозглашенными

   [637]

Монталамбером, — принципами, которые в более или менее измененном виде получили всеобщее признание и особенно широко используются при строительстве сооружений береговой обороны. Помимо Кронштадта, примером широкого их применения для этой цели могут служить Шербур и Севастополь. Для этих сооружений характерны два-три яруса орудий, расположенных один над другим, причем орудия нижнего яруса установлены в казематах — а именно, в небольших сводчатых помещениях, в которых орудия и прислуга укрыты от огня противника самым надежным образом. Лишь орудия верхнего яруса установлены за неперекрытыми парапетами, но благодаря тому, что они расположены выше верхних палуб крупнейших трехпалубных судов, они хорошо защищены от ядер. Первая атака покажет, были ли эти форты сооружены достаточно прочно, чтобы выдержать сотрясение при стрельбе своих собственных орудий и разрушительную силу огня противника; если это так, то они будут весьма твердым орешком.

Можно считать, что в районе кронштадтского фарватера проходят три линии укреплений.

Первая, или внешняя, линия в виде полукруга прикрывает устье Большого рейда, или той части четырехсаженного фарватера, которая имеет в ширину от одной до полумили. Правое, или северное, крыло этой позиции образовано фортом Петра — незначительным люнетом, расположенным на острове примерно в 1400 ярдах от глубокого фарватера; мортирной батареей, также расположенной на острове, на полмили восточное, и которую можно считать почти бесполезной, и фортом Константина, — мощным, закрытым с тыла люнетом, построенным на песчаной отмели, в 1000 ярдов от края фарватера, прямо перед мортирной батареей. Это современный форт, имеющий в двух ярусах пятьдесят орудий. Его назначение — прикрытие внешних подступов; он может принести много беспокойства флоту, перестраивающемуся в боевой порядок; но раз уж этот форт пройден, половина его орудий становится бесполезной.

В середине первой линии находится форт Александра (не тот, который расположен на северной оконечности острова и упомянут нами выше); это — полукруглое здание, заложенное в море на глубине трех морских саженей в четырехстах ярдах от того места, где фарватер сужается до полумили. В результате этот форт простреливает весь фарватер, от края до края, и каким он ни кажется маленьким на планах и картах, он насчитывает не более не менее, как семьдесят два орудия, расположенные тремя ярусами. Если этот башневидный форт построен достаточно прочно и если его казематы хорошо венти-

  [638]

лируются и не задерживают дыма, то потребуется не менее двух трехпалубных судов, чтобы справиться с ним.

За этим фортом расположена старая Цитадель — люнет, о маловажности которого свидетельствует само наличие нового форта, который перекрывает половину сектора обстрела его орудий.

Наконец, левое, или южное, крыло образовано фортом и батареей Рисбанка, расположенными южнее входа в Большой рейд. Этот форт, построенный в прошлом веке, подвергся модернизации, в результате чего часть его орудий теперь расположена двумя ярусами, а общее число орудий увеличилось до пятидесяти. Но, несмотря на это, он занимает гораздо большую площадь, чем современные форты, а его фронт со стороны рейда имеет в ширину около 300 ярдов и к тому же простреливается продольным огнем, частично из района фарватера и полностью с позиции, которую могут занять корабли с меньшей осадкой в водах глубиной в 3—3,5 морской сажени на полмили западнее. Чтобы компенсировать этот недостаток, на шестьсот ярдов дальше в тылу была сооружена батарея Рисбанка, но ее позиция мало пригодна для этой цели. Форт Рисбанка расположен ровно на милю южнее форта Александра, и оба эти форта перекрестным огнем простреливают вход в Большой рейд.

Эта первая линия укреплений сама по себе не была бы столь трудно преодолимой, если бы ей не оказывалась огневая поддержка со второй линии, расположенной за первой. Вторая линия прикрывает весь Большой рейд, а также вход в Малый рейд. Она состоит из двух фланговых оборонительных сооружений — форта Петра I (устаревшего, плохо построенного, своего рода кронверка, расположенного в полумиле к востоку от форта Александра и имеющего на фронте в 250 ярдов всего лишь 24 орудия), Кроншлота (устаревшего бастионного укрепления, имеющего пять фронтов, два из которых обращены к мелким водам и потому бесполезны, и имеющего, несмотря на то, что самая длинная диагональ равна 400 ярдам, не более 36 орудий) и, наконец, западной оборонительной стенки Купеческой гавани в центре. Эта стена выходит за пределы собственно острова Кронштадта и доходит до самого фарватера, с которым она образует прямой угол и который здесь имеет в ширину лишь 300 ярдов. На этой стенке установлено 70 пушек и 12 мортир, часть которых, однако, по-видимому, демонтирована и поэтому мало может беспокоить суда. В сочетании с основными фронтами форта Петра Первого и двумя фронтами Кронштадта орудия этой стены перекрестным огнем весьма эффективно прикрывают внутреннюю часть Большого

[639]

рейда; из-за огня с первой линии и узости фарватера каким-либо кораблям, кроме винтовых пароходов, будет, по-видимому, крайне трудно занять хорошую позицию с достаточными силами.

Третья линия, непосредственно прикрывающая Малый, или Внутренний, рейд, образована на южной стороне фарватера третьим (северо-восточным) фронтом Кроншлота, а на северовосточной стороне — укрепленными стенами Купеческой, Средней и Военной гаваней. Последняя, образующая тупой угол с восточным концом Средней гавани, простреливает продольным огнем весь Малый рейд, а южные стены Купеческой и Средней гаваней прикрывают его фронтальным огнем. На флангах обеих стен расположено несколько бастионов, укрепленных ворот и других выступов. Поскольку здесь ширина фарватера ни в одном месте не превышает 250 ярдов, сражение было бы весьма жестоким, но нет никакого сомнения в том, что раньше, чем корабли могли бы проникнуть так далеко, Кронштадт вынужден был бы капитулировать.

Центральным укреплением этой третьей линии и единственным, которое когда-либо мо-жет принести практическую пользу, является форт Меншикова — первый бастион с запада на южной стенке Купеческой гавани. Этот бастион был перестроен в башню внушительных размеров, 44 орудия которой расположены четырьмя ярусами (один ярус над другим), причем одна половина этих орудий продольным огнем простреливает большую часть Малого и Большого рейдов, а вторая половина вследствие направления, приданного амбразурам, почти ни на что не пригодна. Вопрос о том, не окажутся ли четыре яруса орудий слишком большой тяжестью для непрочного фундамента этого здания, остается открытым.

Следует также отметить, что со стороны суши Кронштадт прикрыт правильными бастионными фронтами, для овладения которыми потребовалась бы организация осады по всей форме; а такая осада на болотистой местности маленького острова, если операционной базой служит только флот, представляет большие трудности. Овладеть Кронштадтом можно только с моря.

Само собой разумеется, что мы могли описать долговременные сооружения лишь на ос-новании данных последних топографических съемок и военных донесений. За последние несколько лет могли иметь место кое-какие изменения, но едва ли они были значительными.

Суммируем сказанное. Судьбы любой атаки на Кронштадт должны решаться на Большом рейде, а на этом участке един-

[640]

ственными укреплениями, способными успешно отразить атаку флота, являются форты Александра, Петра I, Рисбанка, два фронта Кроншлота, западная стена гавани и форт Меншикова. По совокупности они могут открыть огонь по атакующему противнику одновременно из 350 орудий, большинство которых хорошо защищено стенами и сводами и ведут огонь через узкие амбразуры. Другие батареи либо направлены на другие участки района атаки, либо не имеют особого значения, либо же нужные объекты будут находиться вне пределов досягаемости их огня. Вопрос стоит следующим образом:

Можно ли по этому узкому и запутанному фарватеру перебросить достаточное количество кораблей, чтобы устоять против северного и южного фронтов обороны и подавить их огонь, если сами эти корабли подвергаются фланкирующему огню со стен гавани, из форта Меншикова и Кроншлота? Военно-морские специалисты, возможно, ответят на этот вопрос, если они не предпочтут подождать, чтобы на него ответила жизнь. Опираясь на свои скромные познания в области тактики флота, мы бы сказали, что здесь именно тот случай, где пре-имущества винтовых линейных судов могут привести к результатам, которые показались бы недосягаемыми для парусных кораблей и колесных пароходов.

Повторяем: самое уязвимое место Кронштадта — это устаревшие форты. Они расположены на наиболее выгодных позициях и занимают большую часть наличного пространства, далеко не обеспечивая необходимой эффективности огня. Если форт Рисбанка был модернизирован, то форт Петра I и Кроншлот остались на весьма низком уровне. Возможно, что их довольно легко подавить и даже занять и в таком случае использовать для бомбардировки города. Но как только корабли прорвутся до уровня фортов Александра и Рисбанка, они смогут обстреливать город и нанести огромный ущерб, если только их внимание не будет достаточно отвлечено фортами.

Написано Ф. Энгельсом

Печатается по рукописи

в конце марта 1854 г.

Публикуется впервые

Перевод с английского

[641]

Воспроизводится по изданию: К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения. Изд. 2, т. 10, с. 635-641.

 Комментарии

Рукопись «Кронштадтская крепость», публикуемая впервые в настоящем [десятом] томе, является одной из военных статей, задуманных Энгельсом для издававшейся в Лондоне газеты «The Daily News» («Ежедневные новости»), которой он в марте 1854 г. предложил свое сотрудничество. Энгельс, рассчитывавший стать корреспондентом газеты, надеялся, что это позволит ему освободиться от работы в торговой конторе в Манчестере и переехать в Лондон к Марксу. Рукопись не была напечатана, и уже в конце апреля Энгельс сообщил Марксу, что «история с «Daily News» провалилась» (см. письмо Энгельса редактору «Daily News» 30 марта 1854 г. и его же письмо Марксу 20 апреля 1854 г.).

Взгляды Энгельса по ряду вопросов: о стратегическом значении Кронштадта для России, о возможностях боевого использования винтового флота при атаках крепостей и другие, представляют большой интерес с военно-теоретической точки зрения. В некоторых случаях приводимые в статье Энгельса цифровые данные об артиллерийском вооружении укреплений Кронштадта расходятся с данными русского командования, что объясняется отсутствием полной информации, о чем писал и сам Энгельс.

 

Рубрика: