Япония в 1467-1573 годы: возвышение сэнгоку даймё

На фоне упадка центральной власти в японских провинциях в конце XV-XVI в. возвысились фактически независимые от нее правители — сэнгоку даймё. В настоящее время этим термином именуются властители, значительно отличавшиеся друг от друга структурой властных полномочий, а также размером контролируемой территории (от нескольких уездов до нескольких провинций). Лишь немногие сэнгоку даймё происходили от военных наместников (сюго) сёгуната Асикага (Такэда, Имагава, Оути, Отомо, Симадзу). Участие в междоусобной войне и длительное отсутствие в своих провинциях повлекло за собой свержение многих сюго их заместителями (сюгодай) либо провинциальными воинами (кокудзин) или их союзами. Ослабление сюго во многом было вызвано упадком власти сёгуна, на авторитет и иные ресурсы которого они опирались как представители бакуфу. К сюгодай изначально принадлежали даймё Нагао (Уэсуги), Асакура, Амаго. С другой стороны, многие правители периода Сэнгоку, например Мори, Тёсокабэ, Мацудайра (Токугава), Адзаи, Датэ, Рюдзодзи, были выходцами из кокудзин. В целом сэнгоку даймё в основном происходили из различных слоев господствовавшего военно-служилого сословия.

С середины XVI века в регионах страны заметно усилились центростремительные тенденции, стали выделяться сильнейшие военные дома, захватывавшие земли более слабых соперников.

С княжествами наиболее могущественных даймё граничили и периодически оказывались в зависимости от них владения мелких князей. На севере (провинции Муцу и Дэва) усилился дом Датэ, в районе Канто и соседних с ним провинциях — дома Гоходзё, Такэда, Уэсуги, Имагава, в Киото и центральных областях — клан Миёси, фактически контролировавший бакуфу. В Западной Японии господствующие по-зиции приобрел клан Мори, на острове Сикоку — дом Тёсокабэ. На Кюсю боролись между собой Симадзу, Рюдзодзи, Отомо.

Несмотря на упадок центральной власти, между сёгуном и даймё, а также императором и даймё сохранялись важные церемониально-этикетные и политико-символические связи. Прежде всего, продолжало быть престижным формальное назначение на должность сюго, санкционированное из Киото и вознаграждавшееся даймё щедрыми дарами. Князья также ожидали, что бакуфу будет ходатайствовать перед тэнно о присвоении им ранга и должности при дворе, которые не давали реальных полномочий, но ценились как титулы, укреплявшие легитимность власти в глазах его соседей и жителей его удела. Сёгуны удостаивали некоторых даймё почетных званий осёбансю (сотрапезников сёгуна) и отомосю («спутников» сёгуна), учрежденных в бакуфу в эпоху Муромати, или же иероглифа из своего имени. Например, знак из имени сёгуна Асикага Ёситэру был пожалован Асакура Ёсика- гэ (1533-1573), Датэ Тэрумунэ (1544-1585), Уэсуги Тэрутора (Уэсуги Кэнсин, 1530-1578), Мори Тэрумото (1553-1625) и др. Наконец, известно, что последние представители династии Асикага нередко играли роль посредников в заключении мира между даймё. Тем не менее все это не дает оснований говорить о том, что политическая система, существовавшая до смуты годов Онин-Буммэй, продолжала функционировать. Сёгун утратил возможность по своему усмотрению назначать и смещать сюго. Даймё же обращались к его авторитету для укрепления своего положения. Но их власть не основывалась на титулатуре императорского двора и сёгуната.

Между тем финансово-экономическое положение сёгуната и императорского двора было трудным: бакуфу не всегда могло собрать подати для проведения важнейших религиозных и государственных церемоний. Так, после смерти императора Гоцутимикадо в 1500 г. его тело 43 дня пребывало во дворце, поскольку не находилось средств для проведения необходимых погребальных обрядов и кремирования останков. Его преемник Гокасивабара только через 20 с лишним лет после наследования престола (1521 г.) получил средства на проведение полноценной интронизации. В период Сэнгоку авторитет сёгунов, часто бежавших из столицы, серьезно пошатнулся. Отстраненный от реальной политической власти император, несмотря на бедственное материальное положение двора, сохранил высокий сакральный статус, оставаясь на вершине иерархии придворных должностей и рангов, в которую были включены и сэнгоку даймё. В конечном счете императоры сумели пережить период войн и смут, тогда как престиж сёгунов оказался дискредитирован, что повлияло и на фактическое упразднение бакуфу Ода Нобунага.

В ряде областей страны (прежде всего в центральных районах), где не было сэнгоку даймё или их положение было непрочным, большое значение приобрели лиги провинциальных землевладельцев-воинов. В 1485 г. на юге провинции Ямасиро воины, поддержанные крестьянами, заставили покинуть свои земли войска враждовавших между собой представителей дома Хатакэяма. Под руководством кокудзин были организованы структуры самоуправления (Ямасиро-но куни икки), просуществовавшие до 1493 г.

Кроме того, подобные союзы (икки) в первой половине XVI в. образовали мелкие землевладельцы (дзидзамураи) провинции Ига, а также уезда Кога провинции Оми. Союзы самураев формировались для решения взаимных споров, сохранения господства над крестьянами, обороны от врагов. Принципы взаимоотношений между их участниками часто устанавливались в специальных законоположениях. Сэнгоку даймё нередко стремились искоренить или подчинить себе подобные объединения. Некоторые князья (Мори) первоначально сами были членами кокудзин икки и, постепенно возвысившись над своими союзниками, превратили их в своих вассалов.

Цитируется по изд.: История Японии. Под ред. Д.В. Стрельцова. М., 2021, с. 147-149.

Рубрика: