Америка под властью Испании и Португалии

В XVII—XVIII веках история пародов стран Латинской Америки, Азии и Африки неразрывно была связана с колониальной политикой европейских держав.

Колониальная политика Испании и Португалии

Вся Южная Америка, за исключением Бразилии, где установилось господство Португалии, и южная часть Северной Америки оставались колониями испанского абсолютизма. Испании принадлежали также и завоеванные к началу XVII века Филиппины. Безжалостное уничтожение индейского населения, оказывавшего сопротивление захватчикам, тяжелый принудительный труд в рудниках и крепостническая эксплуатация в поместьях испанцев и их потомков — креолов были уделом уцелевших индейцев. В качестве домашних слуг у помещиков и чиновников и как рабочая сила в районах, где было уничтожено индейское население, использовались ввозимые из Африки негры-рабы. Испания всячески тормозила развитие сельскохозяйственных культур, способных конкурировать с производством метрополии. Торговля с иностранными государствами была запрещена, а между отдельными испанскими колониями строго ограничена.

Лишь два корабля в год с грузом определенной стоимости направлялись с Филиппин в мексиканский порт Акапулько и возвращались с грузом серебра для оплаты испанских чиновников на архипелаге и закупки привозимых в Манилу китайских товаров. Филиппины были не только изолированы от всяких связей с европейскими государствами, им было запрещено торговать и с Испанией.

Во всех испанских колониях колониальная администрация, офицерство, монашество многочисленных орденов комплектовались из уроженцев метрополии. Приезжавшие в колонии и в короткий срок наживавшиеся путем грабежа и эксплуатации

[320]

населения испанцы стремились вернуться с награбленными богатствами на родину. Потомки первых завоевателей Америки и осевших в колонии испанских выходцев — креолы — превратились в крупных паразитических помещиков, господствовавших над местным населением и довольно значительной прослойкой метисов и мулатов, занимавшихся ремеслом, местной торговлей, обслуживанием испанцев и креолов. Однако и креолов фактически отстраняли от участия в управлении колониями (за весь период испанского господства из 160 вице-королей креолов было 4, из 602 генерал-капитанов — 14), их экономические и политические права были ограничены.

Среди креольского населения росла оппозиция метрополии. Постепенно возникавшая креольская и отчасти метисская интеллигенция к XVIII веку была уже достаточно многочисленна. Выражая интересы привилегированного креольского населения, она выступала за расширение прав, за отмену ограничений и изменение экономической и налоговой политики. Но она не способна была еще опереться на народные массы. Народная борьба против колониальной эксплуатации носила стихийный характер, не раз она выливалась в вооруженные восстания, жестоко подавляемые испанцами. Однако превратившейся после войны за испанское наследство во второстепенную державу Испании все труднее было поддерживать изоляцию своих колоний и удерживать свою монополию.

Все больший размах приобретала контрабандная торговля более развитых европейских держав, отвечавшая интересам и способствовавшая обогащению местных посредников. Доходы от колоний падали. В 60—80-х годах XVIII века король Карл III (1759—1788 гг.) пытался несколько расширить связи с колониями. Испанским купцам было разрешено торговать с колониями через все испанские порты. Но, хотя легальная торговля за первые 10 лет возросла в 7 раз, под видом испанских товаров ввозилось немало иностранных. Беспошлинная контрабандная торговля также еще больше возросла. Отставшей в своем развитии от передовых стран Европы феодально-абсолютистской Испании все труднее было удерживать свои обширные владения.

Португальская колониальная система опиралась на опорные пункты от африканского побережья до Индии и отторгнутого у Китая Макао. Не имея возможности вести широкие территориальные захваты, португальцы, используя свои базы и превосходство на море, стремились установить контроль над морскими путями на Восток и монополию на торговлю пряностями и перцем. Закрепившись на Молуккских островах, они по принудительным низким ценам приобретали производимые населением гвоздику и мускатный орех. Владение Малаккой позволяло

[321]

им контролировать торговый путь из Индии и Ближнего Востока в Китай и на Малайские острова, грабить суда и облагать их жестокими поборами. Однако португальское господство на Востоке было уже в XVII веке сломлено совместными усилиями Голландии и Англии, ставших на путь буржуазного развития. В XVII веке у португальцев оставались лишь отдельные опорные пункты. Большая часть их владений попала в руки голландцев.

На Востоке с захватом в 1640 году Малакки с португальским преобладанием было покончено.

Колониальная политика Ост-Индских компаний

На смену колониальной политике Испании и Португалии, диктовавшейся интересами господствующих классов феодально-абсолютистских монархий, пришла колониальная политика поднимавшегося в передовых странах буржуазного класса.

В XVII—XVIII веках были заложены. основы колониальной системы, отвечавшей интересам крупной торговой буржуазии.  Не случайно первые шаги этой новой колониальной политики были связаны с Нидерландами, возникшими в качестве самостоятельного государства в результате первой буржуазной революции и освободительной борьбы против господства испанского абсолютизма. Со слиянием ряда конкурировавших между собой торговых компаний в 1602 году в Объединенную Ост-Индскую компанию было впервые создано мощное акционерное общество с постоянным капиталом, получившее монопольное право на торговлю с Востоком. Нидерландская компания в дальнейшем стала образцом для других аналогичных компаний, и в частности для основанной в 1600 году английской.

Выступая совместно с англичанами в борьбе против испано-португальского колониального преобладания (в 1581 году Португалия была объединена с Испанией под властью испанской короны), Нидерланды, являвшиеся в XVII веке образцовой капиталистической страной, смогли сломить португальское господство. К ним перешли многие владения Португалии (Капская колония на юге Африки, опорные пункты в Персидском заливе, в 1640 году Малакка и т. д.).

Особенно важным был захват островов пряностей, где голландцы искусно использовали ненависть местного населения к португальцам и соперничество местных княжеств. Совместные действия с Англией не исключали острого соперничества и борьбы между английской и голландской компаниями. После резни англичан в Ашбойне в 1623 году английская компания была оттеснена от участия в торговле пряностями, а затем ее потеснили и из большинства районов Индонезии.

Центром голландской колониальной империи, возникшей на Востоке в XVII веке, стала Ява. Здесь голландской компании

[322]

удалось захватить территорию в небольшом прибрежном княжестве Джакарте, на развалинах его столицы возникла колониальная столица — Батавия. Этим было положено начало превращения торговой компании в территориальную державу. Голландцы в течение ряда десятилетий вынуждены были считаться с существовавшими на Яве мощными государствами. Военное насилие и жестокая расправа с населением слабых и отсталых государств сочетались со сложными интригами, разжиганием внутренних противоречий среди местных княжеств.

[323]

Цитируется по изд.: Краткая всемирная история в двух книгах. Книга первая. Под ред. А.З. Манфреда. М., 1966, с. 320-323.